Но тогда что же такое настоящая, истинная любовь? Чем она характеризуется?

Наш замечательный писатель Михаил Пришвин говорил, что истинная любовь начинается, когда человек делает выбор – отдать другому радость своей жизни или лишить его этой радости. Христос же сказал о ней: Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих (Ин. 15, 13). Вот что такое настоящая любовь.

А вот пример из нашей истории. Помните Евпатия Коловрата – рязанского воеводу, богатыря? Как он в 1237 году, вернувшись из похода в родную Рязань, увидел, что вся она разграблена, сожжена, на улицах лежат обезглавленные, изуродованные трупы… Что сделал он тогда? Со своей дружиной всего в триста человек бросился вдогон десятитысячной армии и начал сечь их: «Умру вместе с теми, кого вы зверски убили!» И действительно, они все геройски погибли – любовь к своим родным не позволила им жить, не сделав всего того, что они должны были совершить, защищая своё Отечество!

Вот она, красота жертвенной любви – ага́пи: вместе жить – или вместе умирать!

Но нужно сказать и ещё об одном виде любви, по-гречески называемой ἔρως (эрос). Это экстатическая, чувственная любовь, которая присуща всему животному миру. Когда я учился, это был Советский Союз – страна, в которой в школах в обязательном порядке все вопросы науки и образования должны были рассматриваться только с атеистической точки зрения. Основное утверждение атеизма можно выразить в следующих словах: «Верь, человек, нет Бога, нет души, нет вечности, ты живёшь один раз, и вечная смерть ожидает тебя»! А ещё атеизм насаждал веру в то, что человек произошёл от обезьяны, то есть что он, по сути, животное, только более развитое. (Правда, один ученик как-то сказал учительнице: «Вы, может быть, и от обезьяны, а я от мамы и папы», на что учительница почему-то сильно обиделась). Прямых моральных выводов тогда, к счастью, из этой «научной» теории не делалось, и нравственная обстановка в обществе, в СМИ была в целом здоровая. Но зато теперь, под флагом так называемой свободы, нам отовсюду внушают, что поскольку у животных любовь – это неуправляемый инстинкт, то и мы, люди, должны жить так же.

Эта грубая материалистическая идеология, идущая с Запада, нацелена на порабощение нашего народа. Ведь управлять животными неизмеримо легче, чем таким свободолюбивым существом, как человек. Так, вместо красоты человеческой личности, её разума, её нравственной свободы, её сердца, готового к самоотверженной любви, способной отдать жизнь за друзей своих, нам предлагается не думать ни о каком смысле жизни и жить только инстинктами, искать лишь развлечений и удовольствий!

К чему в итоге приводит такая жизнь, хорошо известно: это опустошение души, уныние, тоска, внутренняя пустота, безысходность, потеря смысла жизни… Как тут не вспомнить ещё раз важное высказывание Иммануила Канта: «Чем больше просвещённый разум предаётся мысли о наслаждении жизнью и счастьем, тем дальше человек от истинной удовлетворённости».

Христианство утверждает, что Сам Бог есть Любовь. И какая? Это Любовь-Жертвенность, о которой со всей силой свидетельствуют добровольные страдания и смерть Иисуса Христа ради спасения человечества от вечного зла и страданий! Кстати, первые христиане собирались на так называемые ага́пы (ве́чери любви), на которых, в частности, имеющие достаток делились с бедными, жертвовали им.

Что это была за эпоха? Христианство с самого начала своего существования было объявлено в Римской империи запрещённой религией. «Христиан ко львам» – вот лозунг, который звучал повсюду.

Вы, может быть, смотрели фильм «Ка́мо гряде́ши?» (по-русски – «Куда идёшь?»), созданный по одноимённому историческому роману польского писателя Генрика Сенкевича. В фильме есть сцена, которая ярко иллюстрирует положение первых христиан. Переполненный зрителями Колизей – Римский амфитеатр, вмещавший более 50-ти тысяч человек. В центральной ложе – император. А на сцене вместо артистов сидят несколько десятков человек, прижавшись друг к другу. Это христиане. На заднем плане арены – высокая металлическая решётка, за которой мечутся леопарды, ждущие добычи. Публика затаила дыхание в предвкушении страшного зрелища. По сигналу императора решётка начинает медленно подниматься. Голодные леопарды выскакивают на арену, и начинается жуткая кровавая сцена: звери бросаются на беззащитных людей и начинают рвать их на части…

Не меньшие зверства, расправы, пытки постигли православный народ России, и в первую очередь духовенство, начиная с захвата власти сатанистами в 1917 году. Были уничтожены десятки миллионов православных людей! Такого история никогда не знала. Так боролись с христианством, которое проповедует, что основной закон человеческого бытия – это любовь, и учит, что конечный смысл человеческой жизни заключается в достижении именно её, то есть такого душевного состояния, при котором человек желает блага и счастья всем людям, независимо от их веры, национальности, социального положения и прочего, – и даже своим гонителям, врагам, противникам истины…

Это, конечно, не вмещается в рамки созданной идеологами зла программы воспитания такого человека, которому нужны только «хлеб и зрелища» и для которого любовь к себе – превыше всего.

Что пропагандируют СМИ сегодня? Шоу, спорт, эротика – развлечения! И только крохи внимания достаются неизлечимо больным, голодающим, страдающим! На развлечения идут колоссальные средства, а несчастные люди продолжают страдать! Где ты, жертвенная любовь?!

Хочу пояснить, в каком смысле жертвенная любовь – это закон нашей жизни. Слово «закон» означает здесь естественный порядок, естественное правило человеческой жизни, а не какое-то данное извне юридическое предписание от Бога, за неисполнение которого последует наказание. Как мы можем жить только при условии, что не нарушаем законов физического мира (живём в определённых границах температуры, влажности, при наличии воды, пищи и т.д.), точно так же необходимо соблюдение и законов духовно-нравственных. Например: если воруешь – сам когда-нибудь всё потеряешь; обманываешь – будешь обманут; не делай другому того, чего не желаешь себе, иначе получишь то же самое; не клевещи, чтобы тебя не оклеветали; поможешь нуждающемуся – и тебе в трудную минуту помогут; как хочешь, чтобы люди поступали с тобой, так и сам поступай с ними и т.д. То есть если не хотим страдать, то должны следовать всем этим законам, ибо в противном случае сами же себя накажем.

Это в полной мере относится к закону любви. Необходимо поставить себе за правило относиться к каждому человеку с максимально возможным радушием, вниманием, добром, любовью. И насколько в этом преуспеем, настолько жизнь наша приобретёт мирный и радостный характер! И напротив, чем больше невзлюбим кого-то, тем больше пострадаем сами. Нужно понять, что всё, называемое в христианстве грехом, является раной, которую человек сам наносит себе. Вот о чём говорит христианство, и это очень важно знать и помнить.

Но, повторюсь, сама любовь, дающая счастье, – это не та самопроизвольная вспышка симпатии или влюблённости, которая столь легко исчезает от малейшей царапины нашему самолюбию, но то, что достигается усилием, борьбой со своим эгоизмом, своими страстями и пристрастиями. И в этом достоинство христианской любви, поскольку здесь человек сам работает над собой, сам сознательно выбирает, какому идеалу жизни следовать.

Конечно, борьба с собой – это подвиг, о котором знают все, ставшие на этот путь. Зато такая победа делает человека прекрасным. Тогда и вокруг него всё изменяется: и люди, и отношения, и обстоятельства. Это видим в жизни многих святых и праведных людей. К ним тянутся другие, поскольку от них исходят лучи настоящего добра, неподдельной любви. О ней писал Достоевский, когда говорил: «Красота спасёт мир».

Уверен, что и девиз вашей школы – «Любовь спасёт мир» – говорит именно о такой любви.

И прав поэт, написавший такие строки:

Ночь смотрит тысячами глаз,
А день глядит одним,
Но солнца нет – и по земле
Тьма стелется, как дым.

Ум смотрит тысячами глаз,
Любовь глядит одним.
Но нет любви – и гаснет жизнь,
И дни плывут, как дым.

(11)

Алексей Осипов
При входе в вашу школу я увидел замечательную надпись: «Любовь спасёт мир». И невольно задумался: о какой любви здесь идёт речь? Ведь у одного и того же слова может быть множество значений. Например, в греческом языке есть несколько слов, каждое из которых на русский язык переводится одним и тем же – «любовь». Но все они имеют свой собственный, особый смысл. Так, φιλία (фили́а) – дружеская любовь, στέργω (стэ́рго) – любовь к матери, отцу, родным; ἀγάπη (ага́пи) – любовь жертвенная. Есть в греческом и другие обозначающие её слова.

А в русском языке слово одно, и любовью у нас иногда называют нечто совсем непохожее на неё. Например: «Я люблю тех, кто меня любит, а кто меня не любит, тех не люблю и я». Вопрос: кого же на самом деле я люблю? Понятно – не его, не её, не их, а самого себя и только себя! Пока человек делает то, что мне нравится, пока улыбается мне, говорит приятные слова – я его люблю. Но стоит ему только сказать мне неприятную правду, как моя любовь к нему тут же исчезает – видеть его больше не хочу! Это как будто бы тоже любовь, но какая? Неужели вот это: «Я люблю только тех, кто меня любит», – спасёт мир? Думаю, все согласятся, что нет! Такая «любовь» погубит мир, избави Бог от подобной любви…

Будет уместным ещё раз привести необычные слова священника Павла Флоренского о той любви, которую прославляют и воспевают, показывают на экранах, о которой непрерывно пишут, говорят. Он, как помним, называет её «переодетым эгоизмом». Звучит почти оскорбительно, словно какая-то циничная насмешка над любовью! А Тертуллиан – оратор и писатель III века – высказался об этой любви ещё резче: «Любовь – это красивый порок». В чём дело? Что за странные мысли? И где же в конце концов истина: или «любовь спасёт мир» – или она только «переодетый эгоизм» и «красивый порок», который погубит его?

Помните басню Ивана Андреевича Крылова «Собачья дружба»? Два пёсика клялись друг другу в верности на всю свою собачью жизнь. Но вдруг, к несчастью, хозяин бросил им кость. И что тут началось! «Друзья навеки», Полкан с Барбосом сцепились в такой схватке за эту кость, что только клочья шерсти летели во все стороны! Вот и вся «любовь»…

Почему об этом говорю? Не подобное ли нередко приходится наблюдать: дружим, весело общаемся, гуляем, угощаем друг друга, и вдруг её (его) предпочли мне, наградили, в чём-то повысили, взяли в интересную поездку… а мне ничего не досталось. И сразу у меня пропало настроение разговаривать с этим человеком. А если ещё он заденет моё самолюбие, мои интересы – я ему тем же отплачу, и тогда между нами всё кончено!

И сколько друзей расходятся таким образом, сколько счастливых, созданных по любви браков распадается навсегда! Но любовь ли это была или только самолюбие? Получается, что часто любовью или дружбой мы называем именно этот переодетый эгоизм.

Весёлой иллюстрацией такой «любви» является украинская присказка: «Дiвка була ангел, жiнка стала бiс» – то есть невеста была просто ангел: и добрая, и покладистая, и мастерица на все руки, а женой стала – не узнать, чуть ли не в беса превратилась. Что же произошло? А то, что в ближайшем общении открылись другие стороны характера, причём и её, и его – не в ней только дело, а в обоих! И он, пока за ней ухаживал, был ангелом, а женившись, тоже стал «бис». Конечно, так бывает не всегда, это весёлая шутка, но взята она из реальной жизни.

Молодые люди действительно влюбляются, вступают в брак, а о том, что такое настоящая любовь, они просто не знают – и поэтому, увидев друг в друге «биса», разлетаются в разные стороны. Их беда в том, что не знакомы они с христианством, не слышали, что говорят его святые – эти, говоря современным языком, величайшие психологи, своей удивительной жизнью заслужившие полного доверия, не допускавшие и в мыслях никакой лжи или двусмысленности.

Что же они говорят о любви? Какой смысл вкладывают в это привычное слово? Они предупреждают, что в каждом человеке есть и «ангел» (добрые свойства души), и «бес» (греховность, страстность). И это очень важно знать, чтобы, увидев «беса» в другом, не впасть в полное разочарование и не броситься в панику. А для этого, оказывается, прежде всего необходимо увидеть свои грехи и недостатки, свои слабости и дурные стороны характера. И не только увидеть, но и понять, как непросто с ними бороться, а тем более победить их. И только увидев это в себе, человек может с терпением отнестись к недостаткам другого. Как глухие или слепые не осуждают друг друга за их общую болезнь, а терпят, так и всем нам без терпения и снисхождения жить невозможно.

И ещё очень важно понять, что влюблённость может быть только началом любви, но совсем ещё не самой любовью. Влюблённость возникает сама по себе, стихийно, когда в любимом виден только ангел, и потому она может не только быстро исчезнуть, но и превратиться во вражду, когда вдруг увидится в нём тёмная сторона. Только-только поклялись в нерушимости взаимной любви, а через месяц-другой уже вилки-ложки делят: «Моё!» – «Нет, моё!» Что же это за любовь, которая при первом же испытании улетучивается! Можно ли и назвать это любовью?

(12)