В пятую неделю Великого поста Церковь совершает память великойсвятой преподобной Марии Египетской. Ее жизнь один из самых глубоких примеров покаяния и напоминание о неиссякаемой любви Бога к человеку. С ранней юности Мария проводила крайне распутную жизнь, но пришла в себя и, пройдя исключительный духовный подвиг, достигла вершин святости. Часто вспоминая Великим постом преподобную Марию, Церковь напоминает нам о том, что мы можем оставить прежние грехи и обратиться к Богу.

Редакция портала «Русский Афон» собрала десять наставлений афонских отцов о том, каким образом человек может преодолеть одну из самых сильных и властных страстей – блуд.

1. Чадо мое, ты пишешь мне о своей плотской брани. Знай, что произошла она у тебя от гордости, чтобы ты смирился и научился тому, что если нас оставит благодать, то мы падаем и делаемся жалким зрелищем. Посему смиряйся, укоряй себя, проси у Божией Матери даровать тебе дух смиренномудрия, чтобы в чувстве познать, что ты ноль, ничто, ибо Христос говорит: без Меня не можете делать ничего.

Архимандрит Ефрем (Мораитис)

2. Когда приходит к тебе плотская брань, особенно остерегайся постыдных мечтаний, от которых происходят нечистые помыслы. Прогоняй, разрушай мечтания, как только они придут. Сразу твори молитву с душевной болью, и тотчас получишь избавление от брани.

Архимандрит Ефрем (Мораитис)

3. Возлюбленный во Христе брат, я получил твое письмо и увидел, что ты обуреваем помыслами той брани, которую терпит человек от лукавого духа блуда. Послушай, брат, человека, бедного в познании и в душе обнаженного всякого добра. Когда кто-либо подвизается против греха со смирением и страхом Божиим, трудясь с теплотой духовной под руководством опытного духовника, невозможно, чтобы Бог попустил ему погибнуть. Только когда человек будет пренебрегать своими духовными обязанностями, особенно же когда возгордится, помышляя, что он что-то из себя представляет, тогда может поскользнуться. Но и снова, если припадет со смирением, вновь восстает, вновь врачуется. Милость же Господня близ сокрушенных сердцем.

Архимандрит Ефрем (Мораитис)

4. Святитель Иоанн Златоуст блудную страсть называет нашим мучителем беспощадным, который почти до глубокой старости на всякий день терзает нас. Надо полюбить болезненное состояние тела, чтобы найти относительный покой от этой лютой страсти.

Архимандрит Софроний (Сахаров)

5. Когда нас борет враг, пользуясь самым естеством нашим, желанием любви человеческой – душевной, а иногда и просто животной – плотской, то будем, подобно Марии Египетской, пав на землю, умолять Бога, чтобы Он нам по милосердию Своему дал познать Свою Божественную любовь взамен той плотской, человеческой, от которой мы ради Него отреклись.

Архимандрит Софроний (Сахаров)

6. Плотские страсти зачинаются и приходят в движение от помышлений страстных, то от них надо начать и врачевание их. Ибо как при пожаре, если желающий погасить его, станет как-нибудь пресекать пламя сверху, нисколько не успеет в деле погашения; если же отторгнет вещество горючее, пожар тотчас умалится и стихнет: так и в отношении к блудным страстям, если не иссушить источника помыслов внутри молитвою и смирением, а только постом и умерщвлением тела вооружиться против них, то безуспешно будешь трудиться; если же источник освятишь смирением и молитвою, как мы сказали, то сообщишь освящение и внешнему телу.

Святитель Григорий Палама

7. Потребно и тела умерщвление, и соразмерное воздержание в пище и питии, чтоб оно не сделалось необузданным и не стало насиловать помысла. Плотские страсти ничем другим не врачуются, как умерщвлением тела, соспешествуемым молитвою и смирением сердечным: что и есть нищета духом, которую ублажил Господь.

Святитель Григорий Палама

8. Когда нас искушает плотская похоть, в этом не всегда виновата плоть. Ведь плотская брань может происходить также от помыслов осуждения и гордости. Сначала нам надо отыскать причину постигшего нас искушения и потом уже предпринимать соответствующие действия. Не надо сразу, не разобравшись, в чем дело, противодействовать плотской брани постом, бдением и тому подобным.

Преподобный Паисий Святогорец

9. Плотские искушения по естеству побеждаются с помощью поста, бдения и молитвы, если в человеке нет гордости.

Преподобный Паисий Святогорец

10. Не брак плох, а плохо прелюбодеяние, блуд, а брак есть лекарство, удаляющее от блуда. … Не будем пренебрегать нашим спасением и не отдадим душу свою диаволу. Ибо отсюда происходят безчисленные семейные несчастья, безконечные ссоры, отсюда теряется постепенно любовь и ослабевает желание к супругу. Как невозможно, чтобы муж разумный пренебрегал и презирал когда-либо свою жену, так и невозможно, чтобы развратный и распутный муж любил свою жену, пусть она хоть будет прекраснее всех. От воздержания рождается любовь и от любви – безчисленные блага.

Старец Иосиф Ватопедский

Порой человеку, придя в храм, трудно определиться с тем, что говорить на исповеди. У него есть общее ощущение своей духовной немощи. Он не считает себя очистившимся от грехов. Напротив, видит, что ежедневно живет не так, как должно. То осудил, то позавидовал, там косо посмотрел, здесь потщеславился или впал в раздражение. Но как всю эту «пыль» собрать и припомнить на исповеди?

Исповедовать надо то, что наиболее тяготит совесть в данный момент. Нет необходимости перечислять все подобные ситуации, тем более, если их немало. Один покойный протоиерей учил семинаристов: будете на исповеди говорить, что осудили Петра, Ивана, Марию, – вам простится. Забудете сказать, что осудили Федора – это вам не простится. А скажете, что согрешили осуждением – простится все. Мысль верная: невозможно перечислить все конкретные ситуации. Даже припомнить их невозможно, если, конечно, мы не насельники монастыря, в котором практикуется ежедневное исповедание помыслов.

Главное: понять, какого рода мы совершали грехи. Неважно, согрешили мы против Петра, Ивана или еще кого-то. Важно, что человек осознал, что во мне работает такая-то страсть, она приводит к таким-то грехам, надо увидеть (узреть) сам грех. Вот с ним и надо бороться в первую очередь, потому что не Мария или Федор вынудил меня согрешить, а я сам согрешаю, я одержим страстью осуждения.

На исповеди надо говорить о том, что болит. Это верный способ не растеряться среди множества повседневно совершаемых грехов. Нередко бывает такая проблема: болит одно и то же. Порой, это происходит годами и десятилетиями. К примеру, мучает зависть к другу, к коллеге, к соседу, к кому угодно. Человек видит, что рабски ей подчинен, борется с ней, просит Бога о помощи оставить ее, исповедуется, но не справляется со своей проблемой и бывает на грани уныния. Как быть в этой ситуации?

Прежде всего, нужно понимать, что мы никогда не сможем достичь абсолютного бесстрастия. Даже есть каноническое правило, которое гласит, что если кто утверждает, что святые, произнося молитву «Отче наш», говорят «и остави нам долги наши» по смирению, а не потому, что реально нуждаются в оставлении грехов, тем да будет анафема. Этим правилом постулируется, что любой человек, даже святой согрешает и нуждается в покаянии.

Другой вопрос, что степень греховности разная. Подумать о грехе и совершить грех – это разные вещи. Но и то и другое есть духовная нечистота. Убийство – грех, но и напрасный гневна ближнего – тоже грех. Прелюбодеяние – грех, но, по словам Христа, и кто посмотрел на женщину с вожделением, тоже согрешает. Когда Господь говорил об этом апостолам, они ужасались: кто же тогда спасется? И Господь ответил: что самому человеку это невозможно, – возможно только при содействии благодати Божией.

Спасает нас Господь. Но нам надо сопротивляться греху настолько, насколько можем. Это надо делать непременно. Святой Николай Кавасила говорил, что человек, который находится в плену, в узах, может принять это как данность, а может ненавидеть свои узы, искать возможность освобождения, просить о помощи. Христос призывает бороться с грехом. Да, человек в плену, в греховных узах, но эти узы надо ненавидеть, не считать, что они норма нынешнего времени, что все так живут и нечего грести против течения. Не мечтать о том, что «я свободен», а мои страсти – это всего лишь особенности моей индивидуальности, но видеть реальность как она есть. Понимать, что находимся в грехе и не отчаиваться, до последнего вздоха искать пути освобождения.

Это касается и страсти зависти. Каждый раз, когда человек осознает, что в нем начинает работать эта страсть, нужно стараться подумать о промысле Божием. Мы же завидуем тому, что у кого-то что-то есть, а у меня этого нет. Мы понимаем, что ему Бог дал, а мне не дал. Значит, ему полезнее это иметь, мне полезнее это не иметь, по крайней мере, в данный момент. То, что можно изменить своими силами, надо менять: идет человек по дороге и ест булочку. Можно лежать на диване, чувствовать голод и завидовать ему, или встать с дивана, пойти в магазин, купить себе такую же булочку и подкрепить свои силы. Чтобы достигнуть положительного результата, надо потрудиться.

А есть ситуации, которые изменить не под силу. К примеру, человек работает, но не может накопить деньги на автомобиль. Надо смириться с этим: значит, мне не полезно его иметь. Иначе Господь дал бы мне такую возможность. «А полезно ли это тому, кто имеет?» – размышления на эту тему не имеют смысла. Каждая овечка, как говорила святая блаженная Матрона Московская, будет подвешена за свой хвостик. Не смотри на чужие хвостики, а пока есть время, позаботься о своем. Когда начнем размышлять в таком ключе, поймём, что зависть к ближнему – это претензия, выставляемая Богу: почему Ты ему это дал, а мне не дал? Мы должны помнить, что зависть Каина привела к убийству.

В одной автобиографической книге автор рассказывал, как в юности хотел стать рок-звездой. Он представлял, как здорово стоять на сцене, когда тебе хлопают, восторгаются, а ты виртуозно играешь на гитаре. Но потом он понял, что хочет результат, но не хочет прилагать усилия к его достижению: учиться играть на инструментах, ходить в гараж на репетиции, таскать туда усилители, гитары и барабаны, искать людей, создавать группу. Всё это делать он был не готов, а поэтому и не пошёл по этому пути.

Приведу еще пример. Глава крупной продуктовой сети, магазины которой расположены во всех регионах России, рассказывал студентам о своем опыте. Он говорил, что невозможно стать успешным бизнесменом, если человек не готов тратить на это каждую минуту своей жизни. Ему могут позвонить в три часа ночи или в пять часов утра и сказать, что где-то в Новосибирске застряла фура, или во Владивостоке или Краснодаре что-то случилось. И он должен будет срочно решать эти проблемы.

Вывод беседы со студентами был следующий: бизнес это не просто успех, богатство, известность. Прежде всего, это готовность трудиться на результат ежеминутно. Если кто-то к такой жизни не готов, лучше искать себе применение в другой области.

Когда мы говорим о зависти, мы должны понимать, что завидуем результату, и вряд ли будем завидовать тому труду, который человек приложил, чтобы его достичь. Приятно обладать деньгами, иметь квартиру, домик в деревне, чтобы на столе огурчики, помидорчики были со своего огорода, но не все готовы каждый раз, когда понадобится, вскакивать среди ночи и решать очередные проблемы, или все лето проводить на грядках, копать, полоть, поливать. А без этого, желаемого результата не получишь.

Ни в мире, ни в нашей жизни нет случайностей. Все, что нас окружает, соответствует нашему внутреннему устроению. В этом и заключается промысел Божий: подогнать внешние обстоятельства нашей жизни к нашему духовному устроению. Даже что-то неприятное, болезнь, неожиданное страдание будет иметь значение в вечности, если человек с терпением, ради Христа, перенесет то, что он изменить не в силах и будет изменять то, что в его силах. От этого труда он получит большую пользу, чем от обладания земными благами и богатствами.

Как-то одному монаху подарили яичко. День был постный, но ему очень захотелось съесть его. А как приготовить? В келье для этого ничего не предусмотрено. Положил он яичко в ложку и стал на свечке жарить. Тут игумен к нему заходит и спрашивает: «Брат, что это ты делаешь?» Монах тут же нашелся: «Прости, отец, бес попутал». И вдруг бес из угла кельи подает голос: «Это не я! Я бы до такого никогда не додумался».

Это, конечно, анекдот. Но не без глубокого смысла: человеку всегда хочется найти оправдание своим поступкам. Всегда виноваты или люди, или обстоятельства, или бесы, но не он сам. Эта способность на «автомате» придумывать себе оправдания, тренируется у нас с раннего детства. Она связана с коренным, основополагающим человеческим инстинктом самосохранения: во что бы то ни стало защитить себя, спасти любой ценой. На этом инстинкте строится жизнь человека, пока он не становится верующим. Верующий уже не поставит свои личные интересы на первый план, потому что для него появляются вещи более важные, нежели сохранение своей жизни любой ценой. Человек становится способен взять на себя ответственность, даже если он невиновен.

Понятия вины и ответственности надо разделять. Если человек в какой-то ситуации не виноват, это еще не значит, что он не отвечает за нее. Пусть даже он оказался в этом положении не по своей вине. Например, кто-то идет по улице и видит, что стоит коляска с младенцем, а вокруг – никого. Это не его вина, не он там оставил ребенка. Но он отвечает за то, как поступит в этой ситуации: остановится, вызовет полицию, поищет родителей, пройдет мимо, возьмет ребенка к себе.

Человек в такой ситуации оказался невольно, но на него ложится ответственность за то, как он поступит. Попытка пройти мимо, то есть освободиться от ответственности по причине того, что он в чем-то не виноват, – не проходит. Поэтому нет смысла рассуждать, кто виноват, кто не виноват, надо думать, как правильно поступить в данной ситуации.

И здесь Господь спросит с нас не по нашей вине, а по нашей ответственности. Мы оказались в такой-то ситуации – как мы поступим, если у нас есть свобода выбора? За это мы и ответим перед Богом. Если можно помочь, это надо сделать. Если пройти мимо там, где можно помочь, это будет грехом, хотя человек совершенно не виноват в этой ситуации. Если помнить о том, что надо разделять вину и ответственность, легче будет приучить себя быть ответственным и отвечать за свои поступки в той или иной ситуации.

Однажды я был свидетелем диалога двух людей. Один из них рассуждал о том, что принцип иерархичности лежит в основе устроения всех живых сообществ, и нигде нет равноправия, а всюду – иерархия и подчинение. Одни трудятся на других, и только так выживают все. Взять тех же пчел или муравьев – какая у них строгая иерархия, какое разделение прав и обязанностей! Есть, к примеру, муравьи, которые рождаются только для того, чтобы пожертвовать собой в случае опасности для всего муравейника. Они – своеобразные камикадзе. И наш человеческий социум так же несправедливо устроен: всегда были, есть и будут богатые и бедные. Одни проживают свою жизнь в комфорте, не зная счета деньгам, другие подсчитывают каждый рубль и думают, как исхитриться, чтобы прокормить детей до следующей зарплаты.

И тут другой собеседник высказал совершенно правильную с богословской точки зрения мысль: муравей или пчела не могут выбирать, как жить, они «запрограммированы» на определенное поведение и следуют ему. И только человек, независимо от своего положения, может выбрать, как ему действовать в любой ситуации. Потому что у него есть свобода. Он может взять на себя ответственность и понести ее. А может пройти мимо, по принципу: моя хата с краю, ничего не знаю.

Правда, человек забывает или не хочет знать, что в этом мире ни у кого нет никакой своей «хаты с краю». И это не потому, что «земля круглая». А потому, что есть Господь, который все дал, и все вокруг Его – Господня земля и все наполнение ее (см. Пс. 23), и есть дьявол, который, как говорит Писание, был низвергнут с небес как молния и стал «князем мира сего», потому что узурпировал власть над землей и над людьми. Но Господь Своей смертью и воскресением сделал ничтожными все претензии дьявола на господство. И теперь он узурпирует власть настолько, насколько человек ему это позволяет. А это уж каждый решает для себя сам.

Когда блудный сын получил от отца некое имение – дар и с этим даром ушел от отца, он решил, что теперь он сам по себе. Но так не бывает. Там, на чужой земле, он становится рабом, потому что нет нейтральной территории. Сын мнил, что может быть каким-то автономным существом, но не получилось. Он оказался в рабстве у сатаны и в этом своем горьком положении, чтобы не умереть с голода, желал хотя бы корма для свиней, но и того ему вдоволь не давали. Хотелось много скотской пищи, а ел лишь сколько дадут. Это обычное дело, когда человек хочет получать по своим страстям какие-то прелести мира, удовольствия, все большее удовлетворение своих хотений при всем кажущемся разнообразии желаний, а они довольно стандартны и однообразны у всех. Но дьявол – опытный игрок, на его территории его не проведешь. От каждого он потребует игры по своим правилам – платы за полученные удовольствия.

Каждый человек в этой жизни определяется, на чьей территории он хочет быть: на Божьей и с Богом, или на оккупированной дьяволом. Если последнее, то человек не обращается к Богу, а остается в своей обыденности, в страстях, в общении с бесами. Потому что ему так нравится, он так привык, он хочет быть «как все», он не склонен к переменам, а перемены – это хлопотно, трудно, неприятно. Или же человек изо всех сил старается вырваться с территории врага, отбивается от него всеми способами: молится, трудится, хватается за ризу Господню, взывает к Богу: «Буди милостив мне грешному, не оставь меня!» И Отец тут же бежит ему навстречу и принимает в Свои объятья.